Иранский чиновник: США и Израиль потеряли контроль над войной к 15-му дню

Советник Моджтабы Хаменеи Мохсен Резаи, бывший командующий Корпуса стражей исламской революции, заявил в пятничном телеинтервью на Press TV, что Соединённые Штаты вышли из недавнего конфликта с Ираном в ослабленном положении, а Вашингтон и Израиль к пятнадцатому дню противостояния утратили контроль над развитием событий.

По его словам, совокупность факторов — политические разногласия внутри США, военные затруднения, международное давление и закрытие Ормузского пролива — привела к стратегическому тупику, который в итоге вынудил стороны принять перемирие, объявленное 7 апреля.

Резаи также упомянул, что ограниченная поддержка со стороны союзников Вашингтона, в том числе дипломатическая позиция Испании, и препятствия в Конгрессе дополнительно сузили пространство для манёвра американской стороны.

Закрытие Ормузского пролива стало ключевым экономическим инструментом давления: через пролив проходит около 20% мирового потребления нефти, и любые перебои немедленно транслируются в волатильность Brent и газовых контрактов.

Для инвесторов, работающих через Dubai и ОАЭ, этот нарратив важен с нескольких сторон: энергетическая инфраструктура региона, логистика через Fujairah и доверие иностранного капитала к стабильности Персидского залива напрямую зависят от интерпретации итогов конфликта.

Если иранская риторика об «ослаблении США» закрепится в региональном информационном поле, это может умеренно поддержать цены на нефть — рынок будет закладывать повышенную геополитическую премию — и одновременно усилить интерес к защитным активам: золоту, государственным облигациям Gulf Cooperation Council и недвижимости в ОАЭ как «тихой гавани».

Риск состоит в том, что подобные заявления могут спровоцировать новый виток напряжённости: Иран исторически использует медийные победные нарративы для укрепления переговорных позиций, что повышает вероятность нового давления на пролив или региональных прокси-инцидентов.

Рекомендация: сохранять умеренную аллокацию в энергетические активы и дубайскую недвижимость как хедж против геополитической нестабильности, одновременно отслеживая дипломатические сигналы из Вашингтона относительно постконфликтного урегулирования с Тегераном.