Центральное командование ВС США (CENTCOM) сообщило о перехвате иранских ракет, выпущенных по территории Бахрейна, силами американских и бахрейнских подразделений ПВО.
Две иранские баллистические ракеты, запущенные в направлении Кувейта, не достигли целей — по данным CENTCOM, они либо разрушились на траектории, либо упали с недолётом.
Кроме того, командование заявило о безуспешных попытках Ирана атаковать региональные судоходные маршруты, что подтверждает продолжение морской блокады — ранее эсминец USS Rafael Peralta был задействован в перехвате иранского танкера Herby в апреле 2026 года.
Президент Трамп опроверг сообщения о приостановке переговоров с Тегераном, назвав их «фейковыми новостями» в публикации на Truth Social и подтвердив, что дипломатические контакты продолжаются на протяжении всего кризиса.
Эскалация напряжённости в Персидском заливе несёт прямые риски для стран GCC: Бахрейн и Кувейт являются ключевыми союзниками США и крупными нефтедобывающими экономиками, а любые удары по их инфраструктуре способны вызвать скачок цен на нефть Brent выше $95-100 за баррель.
Для ОАЭ, расположенных в непосредственной близости от зоны конфликта, ситуация означает повышенные расходы на оборону и активацию систем THAAD и Patriot, но одновременно укрепляет статус Дубая как безопасной гавани для капитала — приток UHNWI-резидентов и переводов из Бахрейна и Кувейта уже фиксируется сектором недвижимости.
Инвесторам следует учитывать рост геополитической премии в нефтяных фьючерсах, укрепление акций оборонного сектора (Lockheed Martin, Raytheon, L3Harris) и возможное давление на авиаперевозчиков Залива из-за рисков воздушного пространства.
Портфели с экспозицией на GCC-облигации и суверенные фонды Бахрейна и Кувейта требуют переоценки кредитного риска в текущих условиях. Золото и казначейские облигации США остаются базовыми хеджами от дальнейшей эскалации.
Рекомендуется увеличить долю защитных активов до 15-20% портфеля, рассмотреть длинные позиции в нефтяных ETF и внимательно следить за итогами американо-иранских переговоров, поскольку любой срыв дипломатии может привести к полномасштабному конфликту с катастрофическими последствиями для региональных рынков.
